Все было строго по протоколу, по графику, но все было совершенно без толку. Он нажал на паузу в тот момент, когда Лев наклоняется вперед и что-то шепчет Наталье на ухо. Она смеется, прикладывает палец к губам и продолжает танец, сделав изящный полукруг. Это была настоящая магия, живая и искренняя.
Михаил встал и сделал пару шагов по кабинету, чувствуя, как злость на себя становится сильнее, чем когда-либо. Он всегда все контролировал, но сейчас понял, что в погоне за статусом и деньгами упустил самое главное — детство своего сына. Радость, настоящую жизнь, которую он не мог купить.
А эта простая девушка, обычная уборщица, дала Льву за пятнадцать минут больше, чем он сам за последние два года. Он нажал кнопку связи с начальником охраны. «Завтра с утра найдите Наталью, пусть вернется». Охранник замешкался: «Пан Ковальчук, но вы сами распорядились ограничить ей доступ».
«Я знаю, что сказал, но теперь я говорю другое», — твердо отрезал он. Михаил отключил связь и снова посмотрел на замершую картинку на экране монитора. Там был его сын, смеющийся и живой, и молодая женщина, которая почему-то оказалась ближе к его ребенку, чем все правильные взрослые. И он отчетливо понял: теперь все будет по-другому.
На следующее утро огромный дом погрузился в напряженную, звенящую тишину. Обычно в это время работники двигались по строгому расписанию, дворецкий обходил комнаты, няня готовила Льва к занятиям. Но сегодня все замерло, жизнь будто остановилась. Лев сидел в своей коляске у окна, отказывался разговаривать и завтракать.
Он не отвечал на вопросы няни, не хотел включать любимый планшет и не желал видеть даже отца. Его глаза были совершенно пустыми, будто вся энергия и вчерашняя радость исчезли бесследно. Михаил наблюдал за ним из-за приоткрытой двери, чувствуя, как сердце сжимается от боли.
Он не привык чувствовать бессилие, но сейчас оно навалилось на него, как тяжелая бетонная плита. Он совершенно не знал, как вернуть ту искру в глазах сына, которую сам же и погасил своей резкостью. Около полудня охрана доложила, что девушку нашли: она на уборке в соседнем жилом комплексе, временно устроилась туда, чтобы не терять заработок.
Михаил не стал ждать водителя, он сел в машину и поехал по адресу сам. Он вошел в подъезд обычной многоэтажки, и контраст с его роскошным особняком был просто ошеломляющим. У двери квартиры пахло дешевым моющим средством и свежей пылью. Он постучал, и дверь открыла Наталья — без формы, в простых джинсах, с влажными волосами.
Она была растерянной и явно не ожидала увидеть его здесь. «Здравствуйте», — тихо произнесла она, не поднимая глаз. «Нам нужно поговорить», — твердо сказал он. «Мой сын… он не ест, не спит, он хочет видеть только вас»…
Обсуждение закрыто.