В кабинете Волков плеснул себе виски. Пальцы заметно подрагивали. Мысль о дочери казалась абсурдной. Он никогда не предавал жену за все двадцать восемь лет их союза. Даже в длительных командировках, игнорируя смелые авансы молодых сотрудниц, он оставался верен. Он искренне любил Ольгу.
Однако память — вещь жестокая. Она услужливо извлекла на свет воспоминание, которое он годами старательно топил в себе. Жаркое лето 1996 года. Ему двадцать три, он только что получил диплом и начал работать в серьезной компании. Ольга тогда уехала к родителям на всё лето ухаживать за больной матерью, а он остался один в маленькой съемной квартирке.
И была та девушка. Соседка по лестничной площадке — тихая, светловолосая, с вечно печальным взглядом серых глаз. Как же ее звали? Точно, Настя. Это имя, которое он так старательно вычеркивал из жизни. Всего одна ночь, ставшая роковой ошибкой, о которой он поклялся никогда не вспоминать. И он забыл. Закопал это так глубоко, что воспоминание почти перестало существовать.
А что, если это правда?
Андрей залпом осушил бокал и налил еще. Пальцы продолжали дрожать. «Тридцать лет скоро», — прозвучало в голове. Лето 96-го. Тридцать лет назад. Если та девушка забеременела тогда, после той единственной ночи… Ребенку сейчас должно быть двадцать девять. Почти тридцать.
Пазл складывался с пугающей и невозможной точностью.
— Нет, это какое-то безумие, — прошептал он в пустоту.
Откуда кладбищенская нищенка могла знать о грехе тридцатилетней давности? Шантаж? Чья-то злая выходка? Завтра наверняка позвонят и потребуют выкуп за молчание. Но в глубине души Андрей понимал: прозрачные глаза старухи не лгали. Она знала истину, способную перевернуть всё его существование.
— Дом престарелых на окраине… Зинаида Матвеевна, — пробормотал он, открывая ноутбук.
В городе было три подобных заведения. Один — элитный, в центре. Второй — государственный, на востоке. И третий — небольшой, частный, в западном районе. Завтра же он проверит их все. А пока ему оставалось лишь сидеть в темноте и пытаться воскресить в памяти лицо девушки из далекого прошлого. Той, что, возможно, носила его ребенка.
За окном бушевала гроза. Вспышки молний резали небо, а гром сотрясал стены особняка. Андрей Волков — богатейший человек, вдовец, у которого было всё, — сидел в тишине и впервые за долгие годы чувствовал себя абсолютно раздавленным и потерянным.
Утро выдалось серым и неуютным. После почти бессонной ночи Андрей чувствовал себя разбитым. Ему грезилась Ольга — молодая, прекрасная, с распущенными прядями волос. Она стояла на берегу реки и смотрела на него с немым упреком. «Ты знал, — читалось по ее губам. — Ты всегда это чувствовал».
В восемь утра он уже сидел в салоне машины. Степан удивленно вскинул брови: обычно после таких потрясений хозяин брал паузу, чтобы прийти в себя. Но водитель не задавал лишних вопросов, лишь уточнил маршрут.
— Нам в «Тихую гавань», — распорядился Андрей. — На западной окраине. Знаешь дорогу?
