— Волков Андрей Михайлович, — спокойно, без тени сомнения произнесла она. — Глава корпорации «Северная звезда». Муж покойной Ольги Сергеевны, урожденной Шаровой. По бумагам бездетный. Только жизнь, она другие грамоты подписывает.
Андрея прошиб холодный пот. Откуда эта бродяжка знает его имя и фамилию? Девичья фамилия его супруги не была общеизвестным фактом. Это не могло быть случайным совпадением или просто старческим бредом полоумной женщины.
— Кто ты такая? — Андрей сделал шаг навстречу, нависая над ней. — Что тебе нужно? Деньги? Назови сумму, сколько хочешь?
Старуха подняла руку, и в этом жесте было столько властности и достоинства, что Волков невольно отступил на полшага назад.
— Твое золото мне ни к чему. Я взяла свое на помин души. А тебе дам совет: ищи, если в груди сердце еще не совсем в камень превратилось. Ищи. Наведайся в приют для престарелых на самой окраине. Найди там Зинаиду Матвеевну. Она свидетельница, она всё помнит.
— Какая Зинаида? О каком доме престарелых речь? Что ты несешь?
Но старуха уже поднялась, плотнее кутаясь в свой платок. Несмотря на преклонный возраст, ее движения оказались на удивление быстрыми и проворными.
— Ступай, Андрей Михайлович. Пока время совсем не вышло. Тридцать лет — срок немалый, но зов крови не заглушить. Ее не обманешь.
Она побрела прочь, постепенно растворяясь в серой пелене ливня. Волков дернулся было следом, но Степан перехватил его под локоть, удерживая.
— Андрей Михайлович, вы продрогли до костей, вымокли насквозь. Поехали. Врач предупреждал, что вам нельзя так переохлаждаться.
Андрей позволил усадить себя в салон автомобиля. Он долго всматривался в окно, пытаясь отыскать в тумане силуэт старухи, но та словно испарилась. Могло показаться, что это галлюцинация, если бы не жгучие слова, звенящие в ушах: «А дочери своей что скажешь?».
Весь путь до особняка прошел в тяжелом молчании. Водитель, знавший характер шефа, не лез с расспросами. Роскошный «Мерседес» бесшумно катил по мокрым проспектам, мимо серых панелек и торговых центров — мимо чужой жизни, которая продолжалась, несмотря на его личную драму.
Дом встретил его мертвой тишиной и пустотой. Громадный особняк, в строительство которого они с Ольгой вложили пятнадцать лет жизни, теперь напоминал помпезный мавзолей. Мрамор, антиквариат, высокие своды — всё это он создавал для нее. Она мечтала о таком пространстве, и он осуществил эту мечту. А теперь…
