Ливень обрушился на землю ровно в ту секунду, когда гроб начали опускать в могилу. Казалось, сами небеса решили оплакать Ольгу Волкову — женщину, с которой он разделил двадцать восемь лет своей жизни. Или, по крайней мере, убеждал себя в этом. Андрей неподвижно замер у края ямы, не чувствуя ледяной влаги на лице, которая смешивалась с редкими каплями, подозрительно похожими на слезы.
Вокруг него образовалось плотное кольцо людей: партнеры по бизнесу, старые знакомые и дальние родственники, о существовании которых он почти забыл за эти годы. Все они собрались почтить память супруги миллионера, однако Волков прекрасно понимал — большинство пришло поглазеть на него самого. Им было любопытно увидеть, как самый влиятельный человек в регионе справляется с утратой своей спутницы.
— Андрей Михайлович, — негромко позвал Степан, его верный водитель, осторожно коснувшись плеча начальника. — Автомобиль подан, можем ехать.
Волков коротко кивнул, но остался на месте. Он сверлил взглядом свежий земляной холм и белоснежные лилии, которые Ольга так боготворила, пытаясь восстановить в памяти черты ее лица.
Удивительно, но ее образ ускользал, становясь зыбким, словно круги в мутной воде. Последние пять лет изнурительной борьбы с болезнью стерли из памяти ту прежнюю Ольгу. Он так часто видел ее измученной и истощенной, что почти забыл, какой она была прежде: звонкоголосой, жизнерадостной, с очаровательными ямочками на щеках.
Толпа постепенно таяла. Люди подходили, механически жали руку и шептали заученные фразы соболезнования. Андрей отвечал автоматическими кивками, совершенно не вникая в суть слов. В его сознании набатом била лишь одна пугающая мысль: отныне он абсолютно одинок. Детей у них за все годы так и не появилось.
Страшный вердикт врачи вынесли еще на заре их семейной жизни: Ольга была бесплодна. Они не сдавались годами, штурмуя лучшие зарубежные клиники и консультируясь у мировых светил. Жена даже уговорила его на визит к какой-то знахарке в глухую деревню. Андрей, будучи прагматиком, не верил в это, но не смог ей отказать.
Все усилия оказались напрасными. Со временем он смирился с тишиной в доме, а Ольга так и не смогла избавиться от гнетущего чувства вины перед мужем. Возможно, именно эта душевная пустота и неосуществленное материнство подточили ее здоровье: она заболела от бесконечной тоски и несбывшихся надежд.
— Нам пора, — вновь деликатно напомнил Степан…
