Титаническая невидимая работа наконец-то дала свои первые реальные плоды. Между тем криминальный босс Журба тоже не сидел сложа руки в ожидании чуда. Через побитого Тараса он попытался передать упрямому механику свое новое, более щедрое компромиссное предложение. Босс предлагал полностью компенсировать все убытки за сожженный склад плюс назначить ежемесячную выплату, которая с лихвой перекрывала бы любые бандитские поборы в будущем. По сути, криминал предлагал ветерану почетный мир на его собственных условиях, да еще и с солидной финансовой доплатой за беспокойство.
Опытный разведчик Нестеров прочитал этот жест абсолютно правильно и сделал верные логические выводы. Бандиты пока не знали, какую именно смертельную ловушку он им готовит, но звериным чутьем ощущали надвигающуюся угрозу. Они реально испугались непредсказуемого одиночки и теперь пытались банально купить его молчание за большие деньги. Разумеется, ветеран категорически отверг эту грязную сделку. Через растерянного Тараса он передал боссу очень короткий и ясный ответ: «Мне не нужны ваши грязные деньги».
Сосед Степаныч, который совершенно случайно подслушал этот короткий диалог у ворот мастерской, в ужасе покрутил пальцем у виска, искренне считая механика безумцем-самоубийцей. Нестеров ничуть не обиделся на глупого соседа, понимая, что обывателям просто не дано постичь мотивов людей его склада. В самом конце ветреного ноября на его мобильный неожиданно позвонил сын Дмитрий. Как всегда, звонок раздался поздно вечером, когда парень освободился после трудных университетских занятий. — Пап, я тут краем уха слышал от тети Ларисы, что у тебя в мастерской какой-то страшный пожар был? — тревожно спросил сын.
Нестеров устало закрыл глаза на секунду и мысленно выругался на длинный язык своей болтливой сестры. Лариса никогда не умела хранить секреты, и эту её слабость он прекрасно знал еще с раннего босоногого детства. — Да ерунда, небольшое возгорание проводки, — попытался соврать он предельно спокойным голосом. — Пострадал только старый склад, пожарные всё быстро потушили, мы уже почти весь мусор убрали. — Папа, перестань мне врать, скажи честно: что там у вас на самом деле происходит? — жестко потребовал Дмитрий.
В трубке повисла долгая, тяжелая пауза, во время которой отец лихорадочно подбирал правильные слова. — Дима, скажи мне, ты полностью доверяешь своему отцу? — наконец глухо спросил Нестеров. — Конечно, доверяю, что за странные вопросы, — растерянно ответил парень. — Тогда, пожалуйста, побудь еще немного в безопасности у тети Ларисы. — Дай мне еще буквально три недели, это самый максимум, который мне нужен для решения проблем.
— Пап, какие еще три недели, у меня же скоро начнется важная зимняя сессия! — возмутился студент. — Дима, я прошу тебя, потерпи всего три недели, а потом я клянусь, что всё тебе подробно объясню с глазу на глаз. Снова повисла долгая, давящая пауза, наполненная взаимным напряжением и тревогой. — Хорошо, отец, я останусь, — наконец неохотно согласился сын. — Но учти, потом ты мне реально всё расскажешь от начала и до конца.
— Обязательно расскажу, слово офицера, — пообещал Нестеров и с облегчением положил трубку. Он медленно подошел к стене и снова внимательно посмотрел на старую фотографию своей любимой Гали. — Галочка, солнышко, потерпи, нам осталось продержаться совсем еще немного, — с нежностью подумал про себя ветеран. Наступил холодный декабрь, принеся с собой первый пушистый снег и то самое специфическое, почти осязаемое кожей ощущение надвигающейся грозы. Нестеров чувствовал эту незримую вибрацию в воздухе точно так же, как когда-то чувствовал адреналин за секунду до начала боевого штурма.
В атмосфере города явно сгущались тучи, и все понимали, что скоро должно произойти нечто грандиозное. Ранним утром первого декабря на телефон ветерана поступил долгожданный звонок от Игоря Басова. — Доброе утро, Андрей Михайлович, мы полностью готовы начинать нашу игру, — доложил следователь бодрым голосом. — Все необходимые процессуальные документы безупречно оформлены, а санкции на массовые обыски и аресты получены у лояльного судьи. — Первые масштабные следственные действия и задержания начнутся ровно в эту пятницу.
— Журналистка Вершинина уже в курсе наших грандиозных планов? — деловито уточнил Нестеров. — Да, я лично звонил ей примерно час назад и дал зеленую улицу на публикацию статьи, — подтвердил Басов. — Очень хорошо, — произнес Нестеров и сделал короткую эмоциональную паузу. — Игорь, я хочу сказать вам огромное человеческое спасибо за ваше мужество. — Не стоит меня благодарить, — смущенно ответил следователь. — Это просто моя прямая профессиональная обязанность, которую я, к своему стыду, слишком долго не мог выполнить из-за трусости системы.
В ту историческую пятницу утром в Днепре практически одновременно произошли два мощнейших информационных взрыва. Официальные структуры наконец-то возбудили масштабное уголовное дело по фактам чудовищного мошенничества и хищений при исполнении крупных муниципальных заказов. Это был важнейший формальный повод, который позволил честному следователю Басову законно развернуть бурную деятельность и выписать десятки ордеров. По сути, это была та самая первая торчащая ниточка, с силой потянув за которую можно было легко распутать весь коррупционный клубок Журбы. И в то же самое утро на первых полосах свежего выпуска газеты «Днепровский курьер» вышла сенсационная статья Екатерины Вершининой.
Ее разгромный материал вышел под кричащим заголовком «Цена трусливой тишины». Статья была написана сухим, профессиональным языком, абсолютно без лишних истерик и эмоций. И именно из-за этой леденящей документальной точности текст читался по-настоящему жутко. В статье были преданы огласке конкретные вопиющие факты, названы реальные фамилии чиновников и бандитов, а также озвучены точные суммы миллионных откатов. Журналистка подробно рассказала трагические истории местных предпринимателей, которые годами покорно платили дань рэкетирам под угрозой физической расправы.
Она не побоялась напомнить читателям страшную историю о ночном пожаре в продуктовом магазине в поселке Подгородное — ту самую историю, которую трусливый редактор запретил печатать год назад. Также в статье был детально описан недавний наглый поджог склада ветерана Нестерова, на публикацию которого он лично дал свое письменное согласие. На этот раз хитрый главный редактор газеты даже не попытался снять опасный материал из печати. Вершинина пришла к нему в кабинет не с пустыми руками, а с готовым, юридически выверенным заключением о том, что абсолютно каждый факт в статье железобетонно подкреплен документами из органов. Журналистка задала своему боссу всего один простой, но убийственный вопрос, глядя прямо ему в глаза…
