Окончательное судебное заседание по этому громкому, резонансному делу состоялось в самом начале дождливого марта. Огромный зал Высшего антикоррупционного суда столицы был до отказа забит жадными до сенсаций журналистами, блогерами и десятками телевизионных камер. Роман Казанцев угрюмо сидел за пуленепробиваемым стеклом в дешевом безразмерном спортивном костюме вместо своего привычного идеального итальянского пиджака и блестящих золотых запонок. Его баснословно дорогие адвокаты, представляющие лучшую юридическую фирму страны, не смогли сделать абсолютно ничего в его защиту.
Предоставленные мной цифровые доказательства и криптографические ключи оказались поистине железобетонными и не оставили защите ни единого шанса на маневр. Седовласый председательствующий судья монотонным, ровным голосом зачитывал обвинительный приговор долгих и мучительных двадцать минут. Вердикт был суров, но справедлив: пятнадцать лет лишения свободы в колонии строгого режима и конфискационный штраф в астрономическую сумму один миллиард восемьсот тридцать пять миллионов гривен. Кроме этого сурового наказания, суд также назначил бывшему генеральному директору пожизненный и безоговорочный запрет когда-либо занимать любые руководящие должности в финансовом секторе экономики.
За все время оглашения этого разгромного приговора Роман ни разу не решился повернуть свою поникшую голову в ту сторону зала, где спокойно сидел я. Елена Морозова, признанная виновной в непредумышленном пособничестве, получила три года лишения свободы условно с обязательным испытательным сроком. Также суд обязал ее выплатить государству колоссальный денежный штраф в размере двадцати одного миллиона восьмисот сорока пяти тысяч гривен. Суровый прокурор заметно смягчился лишь после того, как она в досудебном порядке добровольно сдала следствию все дорогостоящие подарки Романа.
В пользу государства отошли ее швейцарские часы с бриллиантами, все ювелирные украшения и новенький спортивный автомобиль премиум-класса. В тот весенний день она навсегда вышла из душного зала суда абсолютно нищей, с огромными долгами, но все же сохранившей свою физическую свободу женщиной. Мой долгожданный именной чек от государственного казначейства пришел специальной курьерской доставкой ровно в середине теплого апреля. Согласно букве закона, я получил на свой личный банковский счет сто восемьдесят три миллиона четыреста девяносто восемь тысяч гривен чистыми деньгами.
Эта огромная сумма составила те самые законные десять процентов вознаграждения от всех взысканных в доход государства коррупционных средств. К этой впечатляющей цифре также добавилась солидная судебная компенсация от бывшей компании за мое абсолютно незаконное, сфабрикованное увольнение. Вишенкой на торте стало внушительное финансовое возмещение нанесенного мне морального ущерба, которое суд постановил выплатить в полном объеме. Получив свою финансовую независимость, я сразу же арендовал современный, просторный офис в престижном бизнес-центре на Печерске с шикарным панорамным видом на Днепр.
Это был светлый двадцатый этаж с окнами от пола до потолка, дорогой дубовой мебелью и невероятно удобными кожаными креслами для важных посетителей. Строгая латунная табличка на массивной входной двери моего нового кабинета солидно гласила: «Morrison Forensic Analytics». Мое новое агентство предлагало крупному бизнесу узкоспециализированный, высокопрофессиональный консалтинг по сложнейшим внутренним финансовым расследованиям и аудиту. Самый первый, очень крупный клиент позвонил в мою приемную уже ровно через неделю после официального открытия фирмы.
Это была известная национальная страховая компания с серьезными, обоснованными подозрениями на масштабное внутреннее мошенничество среди своих топ-менеджеров. Вскоре за этим первым успешным контрактом пришел второй крупный заказ, а затем и третий, обеспечив мою команду стабильной работой на годы вперед. Та самая желтоватая пятидесятигривневая купюра с грубой черной надписью «Аренда» теперь висела в изящной деревянной рамке под антибликовым стеклом прямо над моим рабочим столом. Каждое божье утро я подолгу смотрел на нее, неторопливо наливая себе первую за день чашку крепкого ароматного кофе…
