— Тут я с ним разговаривал. Оказывается, он ни разу на рыбалке не был. Так вот, мы с ним на выходных поедем на речку.
— Паша, холодно же, зима.
— Ничего ты не понимаешь, — усмехнулся Павел. — Зимой самый клёв. И у Лёшки глаза загорелись, когда ему рассказал, сколько мормыша сыпать. Представляешь, он не знал, что такое мормыш.
Света только улыбалась, слушая мужа. И это он не так давно кричал, что Лёшка им чужой, а вот поменял своё мнение. Родной он им мальчик. И они всё сделают, чтобы Лёшка был счастлив. Лена там, на небесах, может быть спокойна. Вырастят они с Пашей её мальчика.
Нельзя сказать, что Лёша так легко и просто принял тётю Свету и её мужа. Первое время он всё время хотел куда-нибудь спрятаться, чтобы его ни о чём не спрашивали, не уговаривали, не жалели. Он весь был в своих мыслях, в своей боли. Всё ему в квартире Светланы было чужим. Даже когда дядя Паша перевёз его диван, всё равно он стоял как-то не так. И фотография мамы на стене совсем не смотрелась. Обои чужие. Но время лечит. Стала затягиваться тонкой плёнкой кровоточащая рана в душе мальчика. Понял он, что дядя Паша и тётя Света совсем не плохие, и потянулся он к ним.
Первые проблемы возникли, когда Света отправилась в опеку.
— Мы уже собирались изымать у вас мальчика, — недовольно сказала чиновница. — Вот на каком основании он у вас живёт? Мы его даже потеряли на время.
— Это сын моей лучшей подруги, — растерянно ответила Светлана, понимая, что раньше на этом месте сидела другая женщина. — А где Ирина Андреевна?
— Я теперь за неё! — рявкнула чиновница. — Вот вам список, какие документы надо предоставить для того, чтобы ваше заявление на опекунство было рассмотрено.
— Мы всё соберём в ближайшее время, — спокойно ответила Света.
— Собирайте, а мальчик пока поживёт в детском доме.
— Как?! — воскликнула Света. — Пожалуйста, не делайте этого. Он же домашний мальчик. Совсем недавно пережил смерть единственного родного человека. У него только мы и есть, да ребята в школе. А вы его увезёте в другие условия, где совсем всё чужое. Он только сейчас начал немного в себя приходить после похорон.
Света много чего говорила. Торопилась, волновалась, горячилась. А чиновница просто слушала, с усмешкой разглядывая молодую женщину.
— Надо же, старается. Не пойму, зачем вам чужой ребёнок? — наконец спросила она. — Ладно бы маленький, а это подросток.
— Простите, не вам об этом спрашивать, — растерянно произнесла Светлана. — Я просто этого ребёнка знаю с рождения. Он мне не чужой.
— Ну ладно, пусть поживёт пока, — махнула рукой чиновница. — Но учтите, мы будем контролировать вашу семью.
Светлана только радостно кивнула. Да, пожалуйста. Чего им с Пашей бояться?
Как только за Светланой закрылась дверь, сотрудница опеки набрала чей-то номер.
— Здравствуйте, Николай Александрович. Это из опеки. Тамара Сергеевна вас беспокоит. Да, мы установили, где мальчик. Дело в том, что предыдущая сотрудница столько нарушений допустила, столько путаницы в документах. Я сразу и не поняла, какого мальчика вам надо. Хорошо, что её выгнали. Так вот, живёт он, мальчик этот, с подругой его покойной матери. Я не стала изымать ребёнка и помещать в детский дом, потому что потом всякие другие сложности могут возникнуть. Лучше всё сделать по-тихому. Но это уже не телефонный разговор.
Тамара Сергеевна ещё что-то говорила, хихикала в трубку, потом довольная откинулась в кресле. Вот и почти выполнила она поручение одного уважаемого человека. Николай Александрович обратился к ней с просьбой найти сына. Якобы недавно узнал, что подруга его была беременная, родила, а недавно её не стало. Мальчик остался. Неужели родного сына в детский дом можно отдать? Вот Тамара Сергеевна и вызвалась помочь. Не бесплатно, конечно. Она особо не задумывалась, почему вдруг человек, который много лет даже не вспоминал о бывшей подруге, вдруг начал её поиски. И почему он так сразу решил, что это его сын? Тамару Сергеевну это просто не волновало. Душу грела смс-ка о зачислении приличной суммы на её счёт от Николая Александровича.
А вот у Светланы с Павлом возникла сложность при получении справки, что они прошли школу приёмных родителей. Не проходили они её. А чтобы прослушать весь курс, нужно было время. Лёшку могли забрать в детский дом в любое время. Света с Пашей вновь пошли в опеку, умоляя не забирать мальчика. Пусть он у них пока поживёт, пока они получат необходимые документы. Известная уже им Тамара Сергеевна только скривила физиономию, ничего толком не ответив на это.
А вечером в квартиру Светланы и Павла позвонили. Света не могла понять, где она раньше видела этого мужчину. Да, немного постарел, погрузнел, но лицо кого-то напоминало. И тут её как током прошибло. Так это же тот самый Николай, отец Лёшки. Мальчик даже обликом был похож на него, только глаза унаследовал мамины — большие, голубые.
— Простите за поздний визит без предупреждения, — начал первым разговор Николай. — Но дело не терпит отлагательств.
— Что у вас за дело? — удивился Павел, он пока не догадался, кто перед ним.
— А можно мне пройти в квартиру?
Разговор непростой, и уже на кухне он рассказал, кто он есть. Николай рассказывал, как они с Леной любили друг друга, как были счастливы, но Николай был не свободен. Якобы наговорил ей тогда всякой ерунды, а Лена обиделась и ушла. Вздохнув, закончил свою историю о любви Николай и театрально прикрыл лицо рукой.
— А что же вам мешало потом её найти? — удивилась Света. — Лена так и жила в квартире своих покойных родителей.
— Я не мог, — Николай яростно закачал головой. — После нашей с ней ссоры уехал за границу. Там жил долгие годы и даже не думал, что у меня здесь есть сын.
— А как же ваша семья?
— Что семья? — не понял Николай.
— Но у вас же есть семья?
— Да, есть, но мы с женой почти не общаемся. И сын с ней. И тут я узнал, что у меня есть ещё один сын, а Лены нет.
У Николая реально выступили слезы на глазах. Павел его слушал, опустив голову. Да, он поверил гостю. А вот Светлане многое в этой истории не нравилось. Врёт он, что не знал о сыне. Знал же, Лена ведь ему звонила, когда родила. И в на родине он тогда жил.
— Я вам не верю, — тихо сказала Светлана. — Я не знаю, для чего вы тут льёте слезы, но Лене вы сломали жизнь и выбросили как ненужного котёнка. И сын вам был не нужен.
— Свет, ну зачем ты так? — Паша с упрёком посмотрел на жену. — Может быть, человек осознал.
— Осознал? И чего он сейчас хочет?
Обсуждение закрыто.