Пока старший лейтенант падал, Наталья уже скользнула внутрь прокуренной комнаты отдыха. Её цепкий взгляд мгновенно зафиксировал Волкова, который в панике вскочил со стула и судорожно потянулся к поясной кобуре. Он действовал довольно быстро, но тренированная разведчица оказалась в разы стремительнее, сделав два скользящих шага и уклонившись от его неуклюжей попытки захвата.
Её крепко сжатый кулак врезался врагу прямо в горло с такой чудовищной силой, что Волков хрипло задохнулся и согнулся пополам от спазма. Следующий беспощадный удар коленом в челюсть окончательно отправил его в глубокий нокаут, не дав даже осознать происходящее. Обмякшее тело полицейского завалилось на спину, его затылок с глухим стуком ударился о твёрдый пол, и он мгновенно затих.
Вся эта ожесточённая схватка в закрытом помещении заняла у опытного бойца не более десяти коротких секунд. Тем временем дезориентированный Козлов отчаянно пытался подняться на ноги, превратившись в сплошную маску из собственной крови и бессильной ярости. «Ты… ты уже ходячий труп!» — злобно прохрипел он, вслепую шаря окровавленной рукой по полу в поисках надёжной опоры.
Победительница невозмутимо подошла к нему вплотную и одним выверенным ударом тяжёлого ботинка сломала садисту опорное запястье. Это была именно та рука, которой он грубо таскал её за волосы всего несколько часов назад. Дикий вопль боли вырвался из его горла, но Наталья тут же жестоко заткнула его, с силой наступив подошвой на разбитое лицо оборотня.
«Помнишь, как ты совсем недавно уверял меня, что я никто и просто кусок бесправного мяса?» — спокойно спросила она, глядя на корчащегося врага сверху вниз. «Ты хвастался, что можешь делать со мной абсолютно всё, что только захочешь в этих стенах». Она надавила на его лицо ещё сильнее, отчего сломленный Козлов лишь жалко замычал от пронзающей боли и животного ужаса.
«Запомни моё спокойное лицо очень хорошо, потому что именно оно теперь станет твоим самым жутким ночным кошмаром», — уверенно продолжала офицер. «Вскоре я найду тебя, Козлов, найду всех твоих криминальных дружков и заставлю вас сполна заплатить за каждую секунду этой долгой ночи». Оставив это леденящее душу обещание висеть в воздухе, она наконец убрала ногу, позволяя поверженному врагу судорожно глотать воздух.
Она отступила и быстро обыскала обоих, забрав их табельное оружие, телефоны и связки ключей от машин. В кармане куртки Козлова она наконец нашла то, что искала — ключи от его личного кабинета. Именно там, по его хвастливым словам, сейчас хранились её изъятые секретные документы.
Оставив обоих противников лежать на полу, она беззвучно выскользнула из комнаты отдыха. Один из них был без сознания, а другой мучительно корчился от боли на грязном бетоне. Разведчица целеустремлённо направилась по тёмному коридору к кабинету старшего офицера.
Дверной замок подался легко, и уже через минуту она крепко держала в руках свою папку с секретными материалами. Быстрая визуальная проверка полностью подтвердила, что абсолютно всё находилось на своём месте. Эти дилетанты даже не попытались скопировать важные бумаги, вероятно, совершенно не понимая их истинной ценности.
Наталья надёжно сунула папку за пояс и быстро направилась к запасному служебному выходу. На парковке за зданием стояло несколько машин, в том числе тот самый автомобиль, в котором её привезли сюда. Беглянка выбрала другое транспортное средство — неприметный местный седан, который совершенно не будет бросаться в глаза на трассах.
Служебные ключи подошли к замку зажигания со второй попытки. Двигатель завёлся с тихим ровным урчанием, и она плавно выехала с полицейской парковки. За её спиной оставалось здание, где трое коррумпированных полицейских только начинали осознавать реальный масштаб своей катастрофы.
Небо на востоке уже начинало светлеть, а первые лучи рассвета окрашивали горизонт в нежные бледно-розовые тона. Наталья уверенно вела машину по совершенно пустым улицам спящего провинциального города. Её лицо было абсолютно спокойным, а сильные руки твёрдо и надёжно держали рулевое колесо.
Она была снова свободна, её важнейшие документы находились в полной безопасности, и у неё появилась новая цель. Точнее сказать, теперь у неё было три конкретные живые цели. Но сначала ей нужно было надёжно исчезнуть, залечь на дно и безопасно связаться с военным командованием.
Она понимала, что жестокая месть вполне могла немного подождать. Она всегда была невероятно терпеливой женщиной и прекрасно знала главное правило возмездия. Лучшая месть — это именно та, которую твой враг не видит до самого последнего момента.
Первые яркие лучи солнца застали Наталью на выезде из Горного. Она целенаправленно направляла угнанную машину по грунтовым просёлочным дорогам. Таким образом она грамотно избегала крупных федеральных магистралей и оживлённых населённых пунктов.
Офицер понимала, что у неё в запасе есть максимум несколько спокойных часов. Вскоре избитые полицейские придут в себя и немедленно поднимут общую тревогу. Козлов с его сломанным носом и раздробленным запястьем наверняка захочет пролить её кровь.
Такие жестокие люди никогда не прощают подобных публичных унижений. Особенно если это унижение исходит от женщины, которую они изначально считали своей лёгкой добычей. Первым делом она навсегда избавилась от угнанной полицейской машины.
Наталья оставила седан в заросшем глубоком овраге в нескольких километрах от заброшенной деревни. Перед уходом она тщательно стёрла все свои отпечатки пальцев и скрутила номерные знаки. Затем она пешком добралась до пустующего фермерского склада на окраине небольшого поселения.
Там она провела весь остаток светового дня, отдыхая в тени и детально планируя свои следующие шаги. Её измученное тело невыносимо болело от множества полученных в стычках травм. Стёртые наручниками запястья сильно саднили, а на красивом лице расцветали тёмные синяки от грубых ударов.
Все её мышцы активно протестовали от колоссального нервного и физического напряжения последних долгих часов. Но физическая боль давно была её привычной профессиональной спутницей. Наталья умела грамотно откладывать её в сторону, полностью сосредотачиваясь на том, что было действительно важно.
К наступлению глубокого вечера она продвинулась ещё дальше на восток. Для этого она воспользовалась вовремя подвернувшимся попутным грузовиком. Водитель, пожилой мужчина с добрыми глазами, совершенно не задавал ей никаких лишних вопросов.
Он даже радушно угостил замёрзшую попутчицу домашними бутербродами и налил горячего чая из походного термоса. Девушка назвалась вымышленным именем Марина и сообщила, что срочно направляется к больной матери в соседнюю область. Добродушный шофёр либо искренне поверил её легенде, либо просто тактично сделал вид, что поверил.
Она с облегчением осознала, что в этом суровом мире ещё оставались люди, готовые бескорыстно помочь незнакомцу. Наталья была глубоко признательна за это незначительное, но очень важное проявление человечности после всего пережитого кошмара. Грузовик благополучно довёз её до крупного Транзитного города, где она вышла на окраине.
Она тихо поблагодарила водителя и быстро растворилась в сгущающихся вечерних сумерках. В знак искренней благодарности она незаметно оставила в кабине одну из крупных купюр, найденных в бумажнике Медведева. Этот город был достаточно крупным, чтобы в нём можно было надёжно затеряться.
При этом он был не настолько большим, чтобы привлечь внимание серьёзных силовых структур. Это делало его просто идеальным местом для обустройства временного конспиративного укрытия. Вскоре она нашла подходящий заброшенный дом, расположенный на самой глухой окраине города.
Судя по выцветшим старым фотографиям на стенах и детским рисункам на холодильнике, когда-то здесь проживала обычная семья. Однако теперь это ветхое жилище стояло совершенно пустующим уже несколько долгих лет. Дырявая крыша протекала, стёкла были частично выбиты, а в тёмных углах виднелась густая плесень.
Несмотря на это, старый дом обеспечивал надёжное укрытие от посторонних глаз и непогоды. Наталья скрытно разместилась в одной из угловых комнат на втором этаже. Оттуда открывался отличный тактический обзор на все подходы к зданию.
Она профессионально установила несколько простейших, но безотказных звуковых сигнализаций. Для этого она использовала пустые консервные банки и тонкие верёвки, применив старый проверенный трюк. Если кто-нибудь попытается незаметно приблизиться к дому ночью, она гарантированно услышит это заранее.
Первую ночь в этом импровизированном убежище она почти не спала. Разведчица чутко прислушивалась к каждому малейшему шороху за окном. Однако ночной город оставался абсолютно тихим и равнодушным к опасной беглянке, скрывающейся в его тёмных недрах.
На второй день она всё же рискнула выйти в городские кварталы. Ей необходимо было срочно приобрести еду и некоторые предметы первой необходимости. Перед выходом она изменила свою приметную внешность настолько, насколько это было физически возможно.
Она спрятала волосы под неприметную бейсболку и надела мешковатую грязную куртку, найденную в заброшенном доме. Её новая ссутуленная походка совершенно не походила на привычную идеальную военную выправку. В небольшом продуктовом магазинчике на углу она купила хлеб, консервы и чистую воду.
Там же она приобрела дешёвый одноразовый телефон с предоплаченной сим-картой. Продавщица, полная женщина с усталым серым лицом, даже не взглянула на странную покупательницу. Она была слишком увлечена просмотром мыльного сериала на маленьком телевизоре за своей кассой.
Наталья благополучно вернулась в своё тихое убежище и первым делом активировала купленный телефон. Ей необходимо было экстренно связаться с полковником Соколовым и запросить безопасную эвакуацию. Она должна была подробно сообщить командованию обо всём произошедшем беспределе.
Однако офицер прекрасно знала, что любой прямой звонок будет запеленгован и отслежен в считанные минуты. Поэтому она использовала сложную систему шифрованных кодов и надёжных посредников. Эта многоуровневая система была специально разработана разведкой для подобных экстремальных ситуаций…
