Подруга ушла около одиннадцати часов вечера, крепко обняв Алену на прощание. Женщина постояла у окна, наблюдая, как в соседних домах один за другим гаснут желтые огни. Над бескрайними полями за Румыновкой завис тихий и пронзительный апрельский холод.
Алена достала флакон и медленно растерла порцию крема по уставшим ладоням. Привычные движения выполнялись на автомате, пока мысли блуждали гдето очень далеко. За окном не было видно абсолютно ничего, кроме густой темноты и редких тусклых звезд.
Людмила Вольфовна органически не переносила бездействия и всегда предпочитала быстро решать проблемы. Вернувшись от Веры, она ровно двадцать минут пила чай на своей кухне, обдумывая сложившуюся ситуацию. Затем она решительно надела жакет и вышла на улицу проверять свою новую версию.
Нина Георгиевна жила через два дома, и старый забор между их участками был вечным поводом для споров. Последние несколько дней Нина вела себя крайне подозрительно, постоянно отводя глаза при встрече. Людмила позвонила в дверь соседки под предлогом просьбы одолжить хороших семян огурцов.
Нина Георгиевна держала дверь так неуверенно, словно до конца не решила, стоит ли впускать гостью. В сенях ее дома отчетливо пахло крепким луком и аптечной валерьянкой. Людмила цепким взглядом сразу отметила несколько темных флакончиков, сиротливо стоящих на полке у входа.
Разговор про семена длился ровно столько, сколько было нужно для перехода к более важной теме. Нина отвечала коротко и нервно терла ладони о фартук, выдавая свое сильное внутреннее беспокойство. Когда Людмила упомянула о болезни маленького Арсена, соседка на долю секунды перестала дышать.
Нина быстро затараторила, что ничего подозрительного не замечала, всем своим видом демонстрируя сильную панику. Людмила ушла от нее с твердым убеждением, что соседка определенно что-то скрывает. Железная логика Людмилы Вольфовны подсказывала, что виноватый вид всегда является прямым доказательством вины.
Чего Людмила не знала, так это того, что Нина Георгиевна уже восемь месяцев тайно принимала сильное успокоительное после смерти мужа. Именно эти аптечные флаконы и стояли на полке в темных сенях. Эта женская тайна не имела к болезни маленького Арсена абсолютно никакого отношения.
Зинаида Павловна держала на главной улице тесную аптеку со стойким запахом дешевого пластика. Она торговала таблетками, бинтами, отравой от тли и сомнительной косметикой с написанными от руки ценниками. Людмила вошла внутрь и с порога начала расспрашивать про лосьоны для тела…
