Ледяной дождь хлестал по лобовому стеклу старенького автобуса, пробирающегося сквозь ночной лес. Водитель Сергей лишь крепче сжал руль, мечтая поскорее добраться до города. Внезапно тьму разрезал слепящий свет ксеноновых фар, и черный тонированный внедорожник, визжа покрышками, резко затормозил поперек трассы.
Сергей ударил по тормозам, чувствуя, как от страха сердце уходит в пятки. Он прекрасно знал, что это орудуют опасные дорожные пираты. Это была местная криминальная группировка, которая в этих краях предпочитала не оставлять лишних свидетелей.
Из остановившегося джипа агрессивно выскочили четверо крупных мужчин. В свете ярких автомобильных фар угрожающе блеснули бейсбольные биты и куски стальной арматуры. Нападавшие двигались вразвалочку, пугая уверенностью хищников, загнавших в угол совершенно беззащитную жертву.
Лидер банды, сплюнув на мокрый асфальт, с силой ударил битой по стеклянной двери автобуса. «Открывай, дед, или мы уничтожим вас всех вместе с этим старым корытом!» — злобно прокричал он. Дрожащими от волнения руками Сергей покорно нажал кнопку открытия дверей.
Старая пневматика механизмов протяжно и громко зашипела. Двери медленно, словно нехотя, поползли в разные стороны, открывая доступ в салон. Бандит, предвкушая легкую наживу и крики испуганных челноков, нагло шагнул на первую ступеньку, уже занося руку для удара.
На его лице играла злая, торжествующая и самоуверенная ухмылка. Но уже через долю секунды она сменилась гримасой неподдельного, первобытного ужаса. Вместо перепуганных туристов из полумрака просторного салона на него пристально смотрели сорок пар ледяных глаз.
Сорок тренированных бойцов элитного спецназа находились внутри в полном боевом снаряжении. Мужчины в бронежилетах и тактических масках, с автоматами на коленях, медленно повернули головы в сторону непрошеного гостя. В салоне моментально повисла невероятно тяжелая, звенящая тишина.
В этот момент бандиты совершили свою самую роковую ошибку. Они только что попытались дерзко ограбить элиту спецназа, возвращавшуюся с важного боевого задания. И для них этот дождливый вечер моментально перестал быть легким и томным.
Тишина в салоне автобуса была далеко не просто обычным отсутствием звука. Она казалась осязаемой, невероятно тяжелой, словно гранитная плита, придавившая грудь бандита по кличке Кабан. Еще секунду назад этот человек чувствовал себя полноправным хозяином ночной трассы.
Королем криминальной жизни, способным вершить судьбы простых смертных одним взмахом своей обмотанной изолентой биты, он привык видеть лишь людской страх. Он буквально питался эмоциями своих беззащитных и запуганных жертв. Обычно, когда двери рейсового автобуса открывались, его встречал только запах дешевого табака, перегара и липкого ужаса пассажиров.
Но в этот раз воздух внутри пах совершенно иначе. Он отчетливо пах качественным оружейным маслом, мокрым тактическим камуфляжем и холодной сталью. Кабан растерянно застыл на нижней ступеньке, а его правая нога все еще нерешительно висела в воздухе.
Дождь продолжал безжалостно хлестать ему в спину, струи стекали за шиворот кожаной куртки, но он этого совершенно не замечал. Все его некогда самоуверенное существо сжалось в крошечный ледяной комок. Глаза, привыкшие к темноте трассы, медленно фокусировались на невероятной картине, которая никак не укладывалась в его примитивное понимание мира.
В тусклом желтоватом свете дежурных потолочных ламп на него смотрели абсолютно не испуганные лица торговцев. На него в упор смотрела холодная неизбежность правосудия. Салон старенького автобуса был забит людьми под самую завязку.
В два ровных ряда сидели крепкие мужчины, чьи суровые лица были скрыты черными тканевыми балаклавами. Видны были только их спокойные, предельно внимательные глаза, лишенные даже малейшего намека на панику. Это были взгляды охотников, которые внезапно обнаружили, что к ним в логово добровольно забрела неосторожная добыча.
На коленях у каждого бойца надежно и привычно лежало огнестрельное оружие. Это были не травматические пистолеты и не охотничьи ружья, а укороченные версии боевых автоматов с глушителями и тактическим обвесом. На полу рядами стояли массивные рюкзаки, от которых буквально веяло тяжестью армейских боеприпасов.
Водитель Сергей, крепко вцепившись в руль побелевшими от напряжения пальцами, старался даже не дышать. Он очень боялся пошевелиться, опасаясь, что любое его резкое движение спровоцирует перестрелку прямо в салоне. Старик прекрасно знал, каких именно людей он сегодня везет.
Это был сводный отряд профессионального спецназа, возвращавшийся из очень сложной командировки. Парни совершенно не спали двое суток, были сильно вымотаны и мечтали лишь о горячем душе и чистых простынях. Меньше всего на свете им хотелось тратить свое драгоценное время на банальную придорожную преступность.
Майор Воронин, опытный командир группы, сидевший на переднем сиденье справа, медленно и почти лениво поднял голову. Он не стал резко вскидывать свой автомат или громко кричать приказы. В таких театральных жестах не было абсолютно никакой практической нужды.
Его выверенные движения были невероятно плавными и экономными, словно у большой дикой кошки. Он просто смотрел на застывшего в проеме бандита с выражением легкой брезгливости, словно увидел незваного гостя. «Ну чего застыл, родной?»
