В субботу утром, когда нормальные люди спят или пекут оладьи, Сергей и Полина грузились в старенькую малолитражку, забивали багажник под завязку и тащились через пробки на другой конец города. Дорога в одну сторону занимала всего двадцать минут, но эти поездки всё равно выматывали.
Полина швырнула в чемодан стопку своих свитеров. Ритуал передачи провианта всегда был одинаковым.
Они поднимались на пятый этаж без лифта. Сергей звонил в дверь. Зинаида Павловна открывала, окидывала Полину таким взглядом, будто та пришла продавать сомнительные БАДы, и молча разворачивалась.
Они тащили пакеты на кухню. Мать Сергея разбирала припасы, перекладывая их в свой сверкающий холодильник.
— Опять зелень вялую подсунули. Смотреть надо, что берешь! — бросала она в пространство, даже не глядя на сына.
Они стояли в коридоре, прижимаясь к вешалке, как провинившиеся школьники. Полина переминалась с ноги на ногу, чувствуя, как в горле пересыхает после двадцати минут дороги в душной машине.
На плите у свекрови обычно что-то булькало, источая ароматы тушеного мяса. На столе часто стояла вазочка со свежим печеньем.
— Ну, спасибо, что завезли! У меня давление, я пойду прилягу. Дверь захлопните посильнее, замок заедает! — выносила вердикт Зинаида Павловна и скрывалась в комнате.
Ни кружки чая, ни стакана воды, ни банального «садитесь на табуретку, хоть отдышитесь». Они спускались обратно в машину…
