— А ну, пошла отсюда! Я сказал, это теперь моя комната. Мой папа тут главный, значит, и я главный.
Визгливый мальчишеский фальцет резанул по ушам, как пенопласт по стеклу. Следом раздался грохот: что-то тяжелое, пластмассовое с треском ударилось о ламинат. Потом раздался тонкий, сдавленный всхлип.
Динара замерла в коридоре, не успев снять второй ботинок. Тяжелый пакет с продуктами, ручки которого врезались в ладонь, медленно опустился на пол. Внутри пакета глухо звякнули банки с горошком.
Она медленно выпрямилась, чувствуя, как где-то в солнечном сплетении начинает закипать холодная тяжелая ярость. — Витек, ну зачем ты так громко? — раздался из кухни вялый, ленивый баритон Олега, не осуждающий, не строгий, а просто усталый, словно мужчину отвлекли от чего-то жизненно важного. — Алиса, не лезь к нему, когда он играет.
Ты же знаешь, у него нервная система тонкая, ему нужна разрядка. Динара шагнула в детскую. Картина была маслом, причем маслом прогорклым.
Ее дочь, девятилетняя Алиса, сидела на полу, прижимая к груди остатки большого замка из «Лего», который собирала три недели. Половина башен была снесена, детали ровным слоем устилали пол. На кровати Алисы, свесив ноги в грязных носках прямо на пастельно-розовое покрывало, сидел десятилетний Витек.
В руках у него был планшет, а на лице читалось выражение абсолютного, беспримесного триумфа маленького хама, который точно знает, что ему ничего за это не будет. — Мама! — Алиса увидела Динару и, не выдержав, разрыдалась в голос. — Он сказал, что это теперь его полка, и скинул замок специально.
Витек даже не вздрогнул, он только шмыгнул носом и нагло уставился на мачеху маленькими, глубоко посаженными глазками. — А чего она свои кубики разложила? — буркнул он. — Мне планшет поставить некуда.
Папа сказал, что я могу тут располагаться. Динара медленно перевела взгляд на проем двери, где уже нарисовался Олег. Он стоял, опираясь плечом о косяк, в своих любимых вытянутых трениках и жевал яблоко.
То самое дорогое яблоко сорта «Фуджи», которое Динара покупала специально для Алисы в школу. — О, Дин, ты пришла? — Олег хрустнул фруктом. — Слушай, там интернет лагает.
Ты оплатила провайдера? А то у Витька катка горит, он нервничает. В этот момент Динара всё поняла.
Чаша переполнилась. Не каплей, просто в нее только что опрокинули ведро помоев. История их любви была банальной, как инструкция к утюгу, и столь же бесполезной в плане романтики.
Динара, тридцатипятилетняя женщина с досрочно закрытой ипотекой, карьерой в управлении коммерческой недвижимостью и четким планом на жизнь, допустила одну стратегическую ошибку. Она просто захотела обычного женского счастья. После развода с первым мужем, который уехал искать просветление на Гоа и забыл вернуться в реальность, Динара семь лет пахала как проклятая.
Квартира, просторная трешка с высокими потолками, была ее крепостью. Ремонт она делала сама, контролируя каждую розетку, каждый метр паркета. Это была территория исключительно ее и Алисы…
