— спросил Кольцов, доставая блокнот. — Он назвал свое имя?
— Нет, — отрицательно покачала головой Марта. — Но я знала его в лицо. Он был одним из бездомных, живших в заброшенных хижинах в лесу. Его звали Илья Хромой.
— Илья, — повторил Станислав, записывая имя в памяти как приговор. — Вы знаете, где он сейчас?
— Он исчез после той ночи, — сказала старушка. — Но раньше он иногда работал на старом зерновом элеваторе на другом конце района. Если он все еще жив, возможно, кто-то там его помнит.
Внезапно звук разбитого стекла прервал разговор. Камень, обернутый в бумагу, пролетел через окно комнаты, приземлившись у ног Станислава. Охранники вбежали, вытаскивая оружие.
— Вниз! — крикнул Кольцов, толкая Иванну на пол.
Станислав не двинулся с места. Он наклонился и поднял камень, развернув бумагу яростными руками.
— Что там написано? — спросила Иванна, дрожа.
Станислав прочитал записку вслух тоном, обещавшим месть:
— «Перестаньте ворошить пепел, иначе обожжетесь об него».
— Нас выследили, — сказал Кольцов, глядя на пустую улицу через разбитое окно.
— Хорошо, — сказал Станислав, сминая бумагу в кулаке. — Это значит, что они боятся. Едем на элеватор. Мы найдем Илью раньше них.
Охранный конвой остановился у входа в промзону, самый депрессивный район города. Здания здесь были не стеклянными небоскребами, а серыми кирпичными блоками с разбитыми окнами и выцветшими граффити. Станислав с отвращением посмотрел в тонированное окно.
— Это место — лабиринт, — сказал он. — С чего начнем?
— Элеватор закрыли десять лет назад, — ответил детектив, изучая бумажную карту. — Теперь это импровизированное убежище для бездомных. Если Илья все еще жив, он будет там.
— Войдем, вытащим его и уедем, — приказал Станислав, открывая дверь.
— Подождите, — сказала Иванна, хватая его за руку. — Вы не можете войти туда в таком виде.
Станислав посмотрел на свой итальянский костюм-тройку и платиновые часы.
— И что ты предлагаешь? Чтобы я переоделся? У нас нет времени.
— Я предлагаю позволить мне говорить, — сказала Иванна, выходя из машины. — Вы пахнете деньгами и полицией. Если войдете туда, требуя ответов, они замкнутся, как устрицы. Я знаю этих людей, я жила, как они.
Станислав колебался, но детектив Кольцов кивнул.
— Девушка права, пан Кротов. Ваше присутствие кричит о власти. Здесь ненавидят власть.
Группа двинулась пешком по узкому переулку. Воздух пах горелым мусором и сыростью. Группа мужчин играла в карты у стены. Увидев Станислава и его телохранителей, они остановились и сплюнули на землю.
— Заблудились, туристы? — спросил один из них.
Мужчина с татуировкой на шее преградил путь.
— Плата за проход дорогая.
Телохранители Станислава потянулись к оружию под пиджаками. Напряжение взлетело за секунду.
— Уйдите с дороги, — предупредил Станислав ледяным голосом.
— А то что, позовешь папочку? — насмешливо сказал мужчина, доставая нож.
Прежде чем Станислав успел отреагировать, Иванна шагнула вперед, с удивительной силой оттолкнула отца назад и встала лицом к лицу с татуированным мужчиной.
— Убери это, Марко! — сказала она твердым голосом.
Мужчина моргнул в замешательстве.
— Ты знаешь мое имя?
— Я убирала в баре, где ты напивался по пятницам, — сказала Иванна, скрестив руки на груди. — Я знаю, что у тебя больная дочь в соседнем блоке, и знаю, что если ты тронешь этого человека, придет КОРД, и от этого района ничего не останется. Ты хочешь этого для своей дочери?
Марко медленно опустил нож, глядя на Иванну с узнаванием.
— Девчонка из уборщиц… Что ты делаешь с этими стервятниками?
— Ищу Илью, — сказала Иванна, игнорируя оскорбление. — Хромого, говорят. Он на старом складе. Мне нужно его увидеть. Это вопрос жизни и смерти, Марко.
Мужчина колебался, глядя то на купюры, торчавшие из кармана Станислава, то в умоляющие глаза Иванны.
— Илья — призрак, — прорычал Марко. — Ни с кем не разговаривает. Живет в сторожевой башне склада в западной зоне. Но осторожно, у него есть дробовик, и он не любит гостей.
— Спасибо, — сказала Иванна.
Когда они прошли мимо, Станислав посмотрел на дочь со смесью изумления и уважения.
— Откуда ты это знала?
Обсуждение закрыто.