Одна случайная поездка в такси изменила её жизнь навсегда. Вера выключила двигатель и откинулась на спинку водительского сиденья.
Часы на приборной панели показывали два ночи. За лобовым стеклом моросил мелкий осенний дождь, размывая огни ночного города в жёлтые и красные пятна. Она сидела на парковке возле круглосуточного супермаркета — единственного места, где можно было купить горячий кофе в это время.
Три месяца. Три месяца она водила это старенькое такси, которое взяла в аренду у Петровича, бывшего сослуживца отца. Три месяца просыпалась в съёмной комнате на окраине города, умывалась холодной водой (горячую отключили за долги прежних жильцов) и выходила на смену.
Три месяца старалась не думать о том, как всё было раньше. «Раньше». Это слово стало для Веры синонимом боли.
Раньше она просыпалась в просторной спальне двухэтажного дома. Раньше пила кофе из итальянской кофемашины, которую Дмитрий привёз из командировки. Раньше выбирала платье для благотворительных вечеров и думала, что счастье — это данность, а не хрупкий дар, который можно потерять в одночасье.
Вера потёрла виски. Головная боль не отступала уже третий день. Надо бы показаться врачу, но на это нужны деньги.
А деньги нужны на аренду комнаты, на бензин, на еду. На лекарства для матери, которая лежит в областной больнице после инсульта и даже не знает, что произошло с дочерью. Телефон на соседнем сиденье пиликнул — новый заказ.
Адрес в центре — дорогой район. Вера завела машину и выехала на пустую улицу. Пока ехала, думала о том, как странно устроена жизнь.
Год назад она сама вызывала такси, чтобы не садиться за руль после бокала шампанского на очередном приёме. Улыбалась водителям, оставляла щедрые чаевые, никогда не задумываясь о том, кто эти люди и почему они работают по ночам вместо того, чтобы спать. Теперь она знала.
Работают, потому что ночью заказов больше, а конкуренции меньше. Работают, потому что днём нужно искать нормальную работу, а кто возьмёт сорокатрёхлетнюю женщину без опыта? Двадцать лет брака.
Двадцать лет она была женой успешного бизнесмена, хозяйкой дома, матерью, пока дочь не выросла и не уехала учиться за границу. А потом? Потом случилось то, что случилось. Вера подъехала к указанному адресу: старинный дом с лепниной, подъезд с консьержем.
Из парадной вышел мужчина в дорогом пальто, сел на заднее сиденье. От него пахло хорошим одеколоном и сигарным дымом — запах, который Вера помнила ещё с тех времён, когда бывала на деловых ужинах мужа.
— На вокзал, — бросил пассажир, не глядя на неё. — Поезд в 3:15.
Вера кивнула и тронулась. Пассажир тут же достал телефон и начал разговор — громко, не стесняясь. Так разговаривают люди, привыкшие, что их обслуга — невидимки.
Сначала она не прислушивалась. Мало ли о чём болтают ночные пассажиры. Обычно о работе, о деньгах, иногда о женщинах. Но потом одно имя заставило её вздрогнуть и крепче сжать руль.
— Да, Дмитрий всё устроил как надо. Говорю тебе, схема рабочая. Суд прошёл без заминок, она ничего не поняла.
Дмитрий. Это могло быть совпадение. Мало ли на свете Дмитриев. Но сердце Веры уже билось так, словно хотело выскочить из груди.
— Активы вывели через «Гранит», как договаривались. Половина уже в офшоре. Жена, бывшая жена, получила по нулям. Даже адвокат ей не помог, хотя пытался копать. Но документы чистые, сам знаешь.
Вера едва не выехала на встречную полосу. Судорожно вывернула руль, притормозила.
— Эй, осторожнее! — раздражённо бросил пассажир. — Что за манера вождения?
