С издевкой в голосе он подтвердил, что теперь знает всю правду о том, как восемь лет жил с предательницей и растил чужого ребёнка. Муж поинтересовался, знала ли я всё с самого начала, или просто решила, что он удобный дурак, который ничего не заметит. Он настойчиво требовал назвать имя человека, с которым я якобы наставила ему рога, будь то бывший парень или коллега по работе.
Каждое произнесенное им слово было подобно резкому удару болезненного хлыста. Боль и горькая обида захлестнули меня с головой, но сквозь них начала стремительно пробиваться спасительная ярость. Вскочив со стула так, что конверт упал на пол, я возмутилась его тоном и твердо заявила, что никогда не изменяла, а результаты — это ошибка лаборатории.
Артём безапелляционно отрезал, что ошибки полностью исключены, так как он лично общался с медицинским персоналом. По его словам, клиника давала стопроцентную гарантию, поэтому он приказал мне прекратить ломать комедию, заявив, что всё кончено. Оттолкнувшись от косяка, он прошел в спальню, и через минуту я услышала грохот выдвигаемых ящиков комода, из которых на пол летели его вещи.
Осознав, что он действительно собирается уходить прямо сейчас, я в панике бросилась за ним. Я умоляла Артёма постоять, спокойно поговорить и вместе пересдать анализ в любой другой независимой клинике. Обернувшись с глазами, полными холодного льда, он спросил, зачем ему снова давать мне шанс для очередного изощренного обмана.
Заявив, что сыт моей ложью по самое горло, он схватил с вешалки спортивную сумку и начал грубо запихивать в неё свои футболки и джинсы. Попутно муж сообщил о решении подать на развод и потребовал, чтобы я съехала из квартиры в течение одной недели. Недвижимость досталась ему от родителей до брака, поэтому закон был полностью на его стороне, и спорить с этим было бесполезно.
Он добавил, что на алименты я могу не рассчитывать, так как содержать плод чужих гулянок не входит в его планы. Артём пообещал сделать всё возможное, чтобы этот ребёнок больше никогда не носил его фамилию. Супруг проговаривал эти жестокие вещи совершенно спокойно и деловито, словно обсуждал рутинные условия коммерческой сделки.
А я просто стояла, смотрела на него и физически ощущала, как рушится весь мой привычный мир. Мой мир, который я бережно строила восемь лет, любимый муж, наша семья и уютный дом — всё это стремительно превращалось в серый пепел. Чувствуя, как по щекам текут горячие слёзы, я прошептала вопрос о том, что теперь мне предстоит сказать нашему маленькому Егору.
Артём равнодушно посоветовал сказать мальчику правду о том, что у него совершенно другой папа. Он добавил, что ребенку будет полезно узнать истинную сущность его матери, не договорив оскорбительное слово, которое явно вертелось у него на языке. Застегнув дорожную сумку, муж прошел мимо меня к выходу, даже не удостоив на прощание коротким взглядом.
Бросив напоследок фразу «Прощай, предательница», он вышел, и входная дверь тяжело захлопнулась. Я осталась стоять посреди разрушенной спальни, среди разбросанных вещей, в абсолютно оглушительной и пугающей тишине. В этой гнетущей тишине было отчетливо слышно только то, как вдребезги разбивается моё любящее сердце.
Опустившись на холодный пол, я крепко обняла колени и завыла громко и отчаянно, словно раненый дикий зверь. В соседней комнате проснулся и жалобно заплакал Егор — сын того самого мужчины, который только что хладнокровно отрёкся от него и растоптал нашу жизнь. Тогда я ещё не знала, что этот жуткий вечер был лишь самым началом беспросветного кошмара в моей судьбе.
Но я также не подозревала, что где-то в невероятной глубине этого мрака меня смиренно ждёт спасительная разгадка. Эта удивительная разгадка в будущем даст мне силы не просто выжить, а одержать уверенную и безоговорочную победу. Чтобы была понятна вся глубина моего тогдашнего отчаяния, необходимо вернуться назад, в ту совершенно другую, счастливую жизнь.
В том безоблачном прошлом слово «предательство» казалось чем-то из сюжетов дешёвых романов, а не частью моей суровой реальности. Мы с Артёмом познакомились в стенах университета: он учился на факультете кибернетики, а я была студенткой филологического направления. Он не был тем ярким парнем, который всегда стремится стоять в самом центре всеобщего внимания…
