Она действительно встречалась с парнем в том кафе, но это был ее первый реальный заказчик по дизайну интерьера, сугубо деловая встреча, обсуждение эскизов и сметы. Никакой романтики, только чертежи и кофе. Она никогда не говорила, что выходит замуж по расчету, все было совсем иначе. Да, финансовая стабильность была важна, никто не хочет жить в нищете, но главной, единственной причиной разрыва стало вранье человека, которому она доверяла больше всех на свете. Дело было не в бедности, а в предательстве, в спектакле, в недоверии.
Депрессия накатила такая черная, липкая и беспросветная, что иногда девушке не хотелось даже разговаривать, есть или вставать с кровати. Она могла часами смотреть в одну точку на обоях. Оправдываться перед кем-то не было никакого смысла. Зачем метать бисер, если все вокруг — и несостоявшаяся родня, и общие знакомые — уже решили, что знают «истину»? Город маленький, слухи расползлись мгновенно, обрастая грязными подробностями.
С трудом, на автопилоте защитив диплом в институте, Марина погрузилась в свои страдания, как в кокон, отгородившись от внешнего мира плотными шторами. Подруги, которые сначала звонили из любопытства, быстро исчезли с горизонта: никому не хотелось быть жилеткой для вечно плачущей, унылой страдалицы. Мама пыталась хоть как-то расшевелить дочь, предлагала погулять, съездить куда-нибудь, но все попытки разбивались о стену ледяного безразличия.
Отец Марины принял случившееся слишком близко к сердцу, ведь позор дочери, публичное унижение стал ударом по репутации семьи, которую он выстраивал годами. Он переживал молча, но это волнение вышло боком: в один из дней его сердце не выдержало нагрузки. Приехавшая с сиреной бригада скорой помощи увезла его в реанимацию с обширным инсультом, который почти лишил мужчину речи и подвижности правой стороны тела.
Мир рухнул окончательно. Состояние главы семьи оценивалось врачами как стабильно тяжелое, требовался долгий, дорогостоящий уход и реабилитация. Марина сочувствовала матери, плакала по ночам, но, привыкшая быть принцессой, которую оберегают от проблем, не спешила помогать деятельно. Ей казалось, что это страшный сон, который скоро закончится. Так и жили какое-то время: мама разрывалась между больничной палатой, аптеками и магазином, пытаясь заработать копейку, а дочь упивалась своим горем в четырех стенах.
Пока однажды Лидия Петровна, всегда мягкая и уступчивая, не выдержала. Она вернулась домой поздно, уставшая до серых кругов под глазами, и устроила жесткий разговор.
— Дочка, тебе не кажется, что пора возвращаться в реальность? — ее голос дрожал, но был твердым. — Тебя совсем не беспокоит, что я одна, на пределе сил, пытаюсь вытянуть и твоего отца с того света, и наш тонущий бизнес? Мне сейчас жизненно необходима твоя помощь, а ты палец о палец не ударила за эти месяцы. Хватит себя жалеть!
Спор был долгим, громким и слезным, с взаимными упреками, но мать была абсолютно права, и Марина это понимала.
Родители уделяли ей слишком много внимания, оберегая от трудностей, дули в попу, и как результат — вырастили эгоистку, инфантильную барышню, уверенную, что блага появляются в холодильнике и тумбочке сами собой. Так получилось, что Марина впервые за всю жизнь переступила порог родительского магазина не как покупатель, а в качестве работника. Удивительно, но раньше ее никогда не интересовало, как устроен семейный бизнес, откуда берутся деньги.
Продажи поначалу казались ей чем-то унизительным, недостойным ее высокого образования. Ведь она — дипломированный дизайнер, творец, а не девочка на побегушках, подающая размеры! Но жизнь диктовала свои жесткие правила. Либо она снимает корону и начинает работать, либо очень скоро им не на что будет покупать отцу лекарства и банальную еду.
Реабилитация отца и дорогие импортные медикаменты «съели» почти все семейные накопления, отложенные на «черный день». Магазин еле держался на плаву, конкуренция с сетевиками росла, требуя постоянного внимания и свежих идей. Двое старых, проверенных продавцов уволились и уехали в Польшу на заработки, а найти толковых новых было сложно.
Марина вышла на работу в родительский магазин одежды от безысходности, скрепя сердце. А дальше события закрутились с невероятной скоростью. Кто бы мог подумать, что продавать одежду — это не просто рутина, а целое искусство, требующее психологии и вкуса?
По сути, это тот же дизайн, только в масштабах конкретного человека, пришедшего за обновкой, за преображением. А все изменилось благодаря той самой Дарине. С этой девушкой Марина познакомилась через пару дней после своего вынужденного трудоустройства.
Сначала ее просто удивил нестандартный подход напарницы — она никогда не «впаривала» товар. А потом увлекла ее неуемная энергия и искренняя любовь к людям. Дарина воспринимала продажу обычных вещей как высокую моду. Она с таким воодушевлением рассказывала покупательницам о фасонах, фактурах тканей, о том, как шелк играет на свету, и сочетаниях цветов, что Марина поневоле втянулась в этот процесс…
Обсуждение закрыто.