В следующие дни в деревне кипела работа. Боров, опасаясь за свою свободу и безопасность, действительно передал через адвоката компенсации жителям. Дед Матвей купил новую корову. Тете Вале отремонтировали магазин. Школе купили новые компьютеры и спортивный инвентарь. Старики перестали запираться на все засовы, а молодежь стала собираться по вечерам, строя планы на будущее. Остатки банды разбежались. Кто-то уехал в город, кто-то пришел просить прощения.
Участкового Семенова уволили. Прислали нового, молодого и честного парня, который смотрел на Михаила с уважением, учась у него главному — защищать людей. Михаил не стал новым авторитетом. Он просто жил. Чинил дом, достроил баню, которую отец когда-то начал. Копал огород, ходил на рыбалку с Васькой. Учил его защищаться, не быть жертвой, а быть сильным. Он стал негласным хранителем деревни.
Прошел месяц, затем еще один. Вечер был теплым, пахло скошенной травой. Михаил сидел на крыльце, стругая новую рукоятку для старого топора. Солнце садилось за лес. Ворота скрипнули. Во двор вбежала соседская девчонка лет семи, егоза с двумя косичками.
— Дядя Миша! — звонко крикнула она.
— Чего тебе, егоза? — улыбнулся он. Улыбка была искренней.
— Мама пирогов передала. С капустой! Горячие еще. И еще сказала спасибо, что свет на улице починили. Теперь не страшно гулять.
Она протянула ему тарелку, накрытую полотенцем. Михаил принял угощение, вдохнул аромат выпечки.
— Спасибо маме передай! — сказал он. — И беги, скоро совсем стемнеет. А тебе еще уроки делать.
Девчонка убежала. Ее звонкий смех разнесся по двору. Михаил отломил кусок пирога, глядя на деревню. Дымились трубы, мычала корова, слышался смех детей. Из окна магазина доносилась тихая мелодия. Это был его дом. И теперь здесь действительно был мир. Он вспомнил тюрьму, серые стены. Вспомнил тот день в парке. Жалел ли он о чем-то? Нет. Мужчина — это не тот, кто нападает, а тот, кто защищает. Эту истину он усвоил твердо.
Он доел пирог и встал. Завтра нужно помочь соседу перекрыть крышу на сарае. А послезавтра обещали хороший клев на карася. Жизнь продолжалась, простая и настоящая, со своими радостями и заботами. И в этой жизни больше не было места страху.
