Четырнадцать служебных собак окружили маленькую девочку в аэропорту. Дальнейшие события потрясли всех присутствующих. В терминале международного аэропорта все шло как обычно: люди спешили, чемоданы катились по блестящему полу, объявления звучали одно за другим, но вдруг шум стих. Четырнадцать полицейских собак вырвались из строя и окружили маленькую девочку в розовой куртке.
Она стояла посреди зала, крепко сжимая плюшевого мишку, не понимая, что происходит. Пассажиры замерли, телефоны взлетели в воздух, снимая происходящее. А собаки? Они не нападали, а защищали ее. И через минуту весь аэропорт понял: девочка находилась в смертельной опасности.
Утреннее солнце мягко пробивалось сквозь огромные стеклянные стены аэропорта, заливая зал золотым светом. Все казалось привычным: пассажиры торопились к стойкам регистрации, дети смеялись, запах кофе витал в воздухе. Кинолог Марк Шевченко шел по коридору у выхода номер двенадцать. Рядом с ним шагала его гордость — элитное кинологическое подразделение К-9.
Четырнадцать немецких овчарок шли идеально синхронно: головы высоко подняты, глаза внимательные. Это была обычная проверка перед прибытием важной делегации в столицу. Марк доверял своим собакам безоговорочно. Каждая из них имела свою специализацию: кто-то искал опасные химикаты, кто-то запрещенные предметы. Но больше всего он верил Рексу, своему главному напарнику.
Пес служил уже пять лет и чувствовал опасность раньше, чем человек успевал моргнуть. «Поддерживайте строй, — сказал Марк в рацию. — Держим сектор двенадцать». Он уже собирался повернуть к следующему терминалу, когда заметил Рекса. Пес внезапно остановился, прижал уши и насторожился.
Его взгляд зацепился за крошечную фигуру у багажной тележки. Девочка лет пяти стояла одна — слишком тихая, слишком неподвижная. Она сжимала в руках старого плюшевого мишку. «Кто-нибудь видел, как она вошла?» — спросил Марк, оглядываясь. Никто не ответил, поэтому он подошел ближе.
Девочка не плакала, не звала родителей, просто смотрела вдаль, будто находилась не здесь. «Эй, малышка, — мягко сказал Марк. — Ты потерялась?» Она молчала, только ее пальцы еще крепче вцепились в игрушку. Позади Рекс тихо зарычал.
За ним еще одна собака, потом третья. Через несколько секунд все подразделение напряглось. Четырнадцать пар ушей поднялись, и взгляды одновременно устремились к ребенку. Марк знал: такое не бывает случайно. Что-то в этом ребенке или рядом с ним представляло угрозу.
Марк замер, глядя на своих собак. Они никогда не вели себя так. Их дисциплина была безупречной, но сейчас инстинкт говорил им больше, чем приказы. Рекс сделал шаг вперед, затем еще один. Его шерсть на загривке встала дыбом, а остальные овчарки синхронно повернулись к девочке.
«Рекс, спокойно», — произнес Марк, натягивая поводок. Но Рекс не слушал. Его взгляд был прикован к ребенку, точнее, к плюшевому медведю в ее руках. Вокруг начали останавливаться люди. Кто-то достал телефон, кто-то замер в растерянности.
Еще секунду назад зал был полон привычных звуков. И вот уже наступила тишина, прерываемая лишь гулом вентиляции и негромким урчанием четырнадцати собак. Марк медленно подошел ближе. Девочка не двигалась. Ее светлые волосы мягко подсвечивались солнцем, а ясные голубые глаза казались полными растерянности.
«Где твоя мама?
Обсуждение закрыто.