«К обеду. Может, раньше».
«Мы готовы». Григорий кивнул, закрыл дверь. Вернулся в дом, сел у окна. Ждал. Одиннадцать часов, половина двенадцатого. Григорий не двигался. Смотрел в окно, слушал. Каждый звук мотора вдалеке заставлял напрячься.
Но машины проезжали мимо. В двенадцать тридцать он увидел пыль на дороге. Черная «девятка». Та самая. Сердце не забилось быстрее. Руки остались спокойными. Григорий встал, прошел на кухню, поставил чайник на плиту. Включил газ.
Как в прошлый раз. Машина остановилась у калитки. Дверь хлопнула. Шаги по гравию. Стук в дверь. Два раза. Коротко. Григорий открыл. На пороге стоял Хмырь. Одежда та же. Спортивные штаны, майка. За спиной Пулька и Кадык.
У Пульки в руке пакет. Хмырь ухмыльнулся. — Ну что, отец, деньги нашел? Григорий помолчал, потом кивнул. — Заходите. Хмырь первым. Развалился на стуле, как в прошлый раз. Пулька и Кадык сели по бокам. Григорий налил кипяток в чашке, поставил на стол.
Сел напротив. — Деньги где? Хмырь потянулся за чашкой. Отпил. — В сарае, — сказал Григорий. Спрятал там. Не держу в доме. Хмырь прищурился. — Что за сарай? — За домом. Пойдемте, покажу. Хмырь переглянулся с Пулькой.
Тот пожал плечами. Кадык нервно сглотнул. Кадык дернулся. Хмырь встал. — Ну, веди. Григорий вышел первым. Обошел дом, направился к сараю. Хмырь шел за ним. Пулька и Кадык следом. Григорий слышал их шаги, дыхание.
Пульки учащенные, Кадыка сбивчивые. Хмырь дышал ровно, уверен в себе. Григорий дошел до сарая. Открыл дверь. Внутри темно. Пахнет деревом, старым железом. Шагнул внутрь. Хмырь следом. Пулька. Кадык зашел последним.
Дверь осталась приоткрытой. — Где деньги? Хмырь огляделся щурясь. Григорий шагнул в сторону. В тот же момент из-за бочки вышел Витек. Из-за досок — Бритва. У обоих в руках биты. Кадык охнул, шарахнулся к двери. Пулька метнулся было за ножом, но Витек в два шага оказался рядом, резко ударил по руке.
Пулька вскрикнул от боли, упал на колени. Нож упал на землю. Хмырь развернулся к Григорию. Лицо исказилось. — Ты что творишь, старик? Ты знаешь, кто мы? Григорий смотрел спокойно. — Знаю. Вы предатели. Хмырь замахнулся.
Григорий не отступил. Бритва нанес удар Хмырю по ногам. Тот рухнул, схватился за колено. Закричал. Пулька лежал на полу, прижимая поврежденную руку. Кадык стоял у двери, трясся. Витек подошел к нему, толкнул. Кадык упал на пол, заскулил.
— Я ничего не делал. Это все Хмырь. Я просто ездил с ним. Бритва захлопнул дверь. Засов лязгнул. Внутри стало темнее, только луч света из щели. Григорий подошел к Хмырю, присел рядом. Тот смотрел снизу вверх. В глазах страх смешался с яростью.
— Ты кто такой? — прохрипел Хмырь. — Горыныч, — сказал Григорий тихо. — Вор в законе. Коронован в 1992-м в ИК-7. Слышал про меня? Хмырь побледнел, губы задрожали. — Не может быть. Горыныч уехал. Все говорили, он на юг сбежал.
— Я в Заречном. Шесть лет живу тихо. А вы пришли дань собирать. С вора в законе. Хмырь закрыл глаза. Пулька хрипел на полу. Кадык плакал, утыкаясь лицом в землю. — Мы не знали. — Хмырь открыл глаза. — Я бы никогда. Если бы знал.
— Знаю, — Григорий встал. — Вы в девятой колонии сидели. Я узнал про тебя все, Артем. Как ты воровал у своих, как охране сдавал товарищей, как откупился от схода. Ты не авторитет. Ты шпана. Предатель. Хмырь затрясся.
— Это… это неправда. Меня подставили. Григорий посмотрел на Бритву. Тот подошел, нанес Хмырю удар по корпусу. Не слишком сильно, но ощутимо. Хмырь захрипел, согнулся. Григорий присел снова. — Не ври. В зоне тебя должны были судить.
Ты откупился, пошел под защиту администрации. Это нарушение. В зоне тебя бы лишили всего. Здесь я решаю. Хмырь затрясся сильнее. — Что ты хочешь? — Чтобы ты понял. По району больше не ездишь. Дань не собираешь. Село не трогаешь. И меня забываешь.
— Я понял. Клянусь, мы уедем. Больше не вернемся. Григорий встал, посмотрел на Пульку, на Кадыка. Оба лежали, не двигались. Потом снова на Хмыря. Слова мало. Нужен урок. Хмырь задрожал. — Какой урок?
Григорий не ответил. Кивнул Витку. Тот подошел к Хмырю, схватил за шиворот, потащил к стене. Бритва принес цепь. Приковали Хмыря за руку к крюку в стене. Хмырь дергался, но цепь держала крепко. — Что вы делаете? Отпустите! Я же сказал, мы уедем!
Григорий повернулся к Пульке. Витек поднял его, поставил на ноги. Пулька скулил, держась за поврежденную руку. — Ты прислуга, — сказал Григорий. — В зоне бил тех, кто слабее. Здесь узнаешь, каково это. Витек нанес удар Пульке в корпус.
Тот согнулся, упал. Бритва подошел, добавил еще раз. Пулька хрипел, захлебывался. Григорий смотрел. Лицо спокойное. Хмырь кричал, дергал цепь. Кадык лежал, не двигаясь. Пулька перестал сопротивляться. Лежал на полу, дышал хрипло.
Витек отошел. Бритва посмотрел на Григория. Тот кивнул. Достаточно. Григорий подошел к Кадыку. Присел рядом. Тот лежал, прикрывая голову руками, трясся. — Игорь! — Голос Григория был тихим. — Посмотри на меня.
Кадык не шевелился. Григорий взял его за плечо, развернул. Лицо в слезах, губы дрожали. — Ты не такой, как они, — сказал Григорий. — Ты в зоне был тихим. В дела не лез. Но когда Хмырь предавал, ты молчал. — Почему?…
Обсуждение закрыто.