«Игорь научил меня, — думал он, сидя у окна. — Не специально. Но научил. Что нельзя верить на слово. Что надо смотреть на дела, а не на обещания. Что люди могут лгать красиво, искренне, убедительно. И что доверие — это не слабость, но и не глупость. Надо проверять. Всегда проверять».
Вечер в конце третьей недели изменил все. Алена вернулась домой раньше обычного. Лицо сияло, глаза блестели.
— Дети! — крикнула она, еще не сняв телогрейку. — У меня новость!
Саша и Андрей обернулись.
— Какая, мама? — спросила Саша, подбегая.
— Меня вызвал директор, Дмитрий Павлович Сергеенко. — Алена стянула платок, волосы рассыпались по плечам. — Сказал, что меня повышают.
— Повышают? — Андрей встал из-за стола.
— Да! — Алена захлопала в ладоши. — Начальницей смены делают. Зарплата больше, смен меньше в месяц. Я смогу больше времени с вами проводить.
Саша запрыгала, визжа от радости. Андрей стоял, сжав кулаки. Понимал: это Олег постарался.
— И премию дали. — Алена достала из сумки конверт. Большой. — За хорошую работу.
Андрей смотрел на конверт. Точно Олег.
— И вот. — Алена полезла в сумку снова, достала два билета. — Андрюш, смотри.
— Что это? — Андрей шагнул ближе.
— Билеты. — Алена протянула их, руки дрожали. — В столицу. На самолет. Через месяц в твоем вузе, том, куда хочешь поступать, день открытых дверей. Мы полетим. Вместе. Посмотрим университет, узнаем все, познакомимся.
Андрей взял билеты. Смотрел на них, не веря. Слезы навернулись.
— Мам… — прохрипел он. — Откуда деньги?
— Я копила. — Алена обняла его. — Понемногу. А теперь с премией хватило. Мы полетим, Андрюш. На самолете.
Андрей обнял мать, зарылся лицом в ее плечо. Плакал беззвучно, судорожно.
— Может, это Игорь Михайлович помог как-то? — пробормотала Алена, гладя сына по голове. — Он же обещал.
«Нет, мама, — думал Андрей сквозь слезы. — Не Игорь. Совсем не Игорь. Но ты никогда не узнаешь».
Он улыбнулся сквозь слезы, обнял мать крепче. Вечером семья сидела за столом. Саша рисовала самолет цветными карандашами.
— Вот на таком Андрюш полетит, — объявила она, показывая рисунок.
Алена планировала поездку вслух: что посмотреть в столице, где остановиться, как одеться на встречу в университете.
Андрей смотрел на них. Мать счастливая, помолодевшая. Саша радостная, беззаботная. Мама счастлива. Саша радуется. Они не знают правды. И не узнают. Я один в этой семье знаю, что случилось. Один несу это знание. И пусть. Это моя цена за урок.
Игорь научил меня больше, чем любой учитель. Научил, что люди могут быть не теми, кем кажутся. Что слова ничего не стоят без дел. Что доверие надо заслужить, а не дарить просто так. Я был наивным мальчишкой. Хотел верить в чудо, что появится кто-то и решит все проблемы. Как отец вернется. Но отец не вернется. И чудес не бывает. Есть только труд. Мамин труд. Мой труд. Наша семья.
Я полечу в столицу. Поступлю в вуз. Стану летчиком. Но сам. Своими силами. Без Игоря, без обещаний, без ложной помощи. И когда встречу людей — а их будет много, — которые будут обещать золотые горы, я вспомню Игоря. И проверю. Всегда проверю.
Спасибо тебе, Игорь Михайлович Довлатов. За самый важный урок в моей жизни. Урок о том, что правда всегда важнее красивой лжи. Даже если правда больно ранит.
За окном пошел снег, крупный, мягкий. Укрывал деревню белым одеялом. Изба Радовых светилась в темноте, окна желтые, теплые. Внутри семья. Вместе. Тихо. Спокойно. Мирно. И шестнадцатилетний Андрей Радов, который месяц назад был мальчишкой, теперь стал взрослее. Мудрее. Он узнал правду. И выбрал молчание. Потому что иногда молчание — тоже правда. Самая добрая.
Обсуждение закрыто.