— Может, — согласился Дмитрий. — Но вы же не зря выбрали эту профессию. Журналистика — это про правду. Или я ошибаюсь?
Сергей усмехнулся.
— Не ошибаетесь. — Он встал, протянул руку. — Мы публикуем материал завтра утром. Первая полоса.
Олег Серов сидел в своем кабинете в здании полиции и читал утреннюю газету. Рука его дрожала, пальцы мяли бумагу. Заголовок кричал с первой полосы: «Коррупция в полиции: начальник замешан в незаконном строительстве и поджоге леса».
Телефон зазвонил. Серов схватил трубку.
— Ты видел газету? — Голос Валентина звучал панически. — Откуда у них записи? Откуда информация?
— Заткнись! — рявкнул Серов, швыряя газету на стол. — Думай лучше: откуда утечка?
— Малин… — выдохнул Валентин после паузы. — Это может быть только он.
— Малин мертв! — Серов ударил кулаком по столу. — Я сам стрелял. Я сам видел, как его закапывали.
— А если нет? — тихо спросил Валентин. — А если он жив? Кто еще мог знать про торфяник? Про встречу в ресторане? Только он.
Серов замер. Сомнение, холодное и липкое, закралось в его сознание. Малин мертв. Он точно мертв. Пуля попала точно, закопан в лесу. Никто не мог выжить.
— Но что, если?..
— Проверь место, — сказал он хрипло. — Немедленно. Поезжай туда и проверь, на месте ли тело.
Валентин сглотнул.
— Сейчас?
— Сейчас! — заорал Серов. — И позвони мне, как только узнаешь.
Он швырнул трубку на стол. Газета лежала перед ним, заголовок насмехался. Серов смотрел на нее и чувствовал, как стены начинают сжиматься. Если Малин жив — всё рухнет. Всё.
Лопата звякнула о камень, когда Валентин с двумя людьми Серова копали землю в лесу. Место было то самое — между двумя соснами, рядом с большим валуном. Валентин помнил его отчетливо, как будто это было вчера, а не месяц назад.
— Глубже! — сказал один из мужчин, стирая пот со лба.
Они копали еще минуту. Потом лопата наткнулась на пустоту. Валентин замер, присел на корточки, разгреб землю руками. Яма была пустой. Совершенно пустой.
— Его здесь нет, — прошептал он, глядя в черную дыру в земле.
Второй мужчина достал телефон, набрал номер.
— Шеф, его нет. Яма пустая. Кто-то откопал.
Даже через динамик был слышен рык Серова:
— Малин жив! Найдите его. Немедленно. Обыщите всю деревню. Опросите каждого. Кто-то его прятал.
В своем кабинете Серов ходил из угла в угол, как зверь в клетке. Руки его тряслись, лицо покрылось красными пятнами. Малин жив. Месяц жив. Кто-то его спас, выкопал, спрятал. И теперь этот ублюдок разрушает всё, что Серов строил годами.
— Найти его! — рявкнул он в телефон. — Прочешите деревню. Кто-то видел, кто-то знает.
Он швырнул телефон на стол. Газета все еще лежала там, насмехаясь заголовком. Прокуратура уже начала проверку. Журналисты копают дальше. Экологи подняли шум. Всё рушится. Нужно найти Малина. Закончить начатое.
В деревне Малая Лопань снова появились люди в темных куртках. Теперь их было больше — человек пять. Они ходили от дома к дому, задавая прямые вопросы. Видел ли кто раненого мужчину месяц назад? Не прятал ли кто-то незнакомца?
Дина стояла у окна и смотрела, как они методично обходят дома. Руки её дрожали. Они близко. Слишком близко.
Она бросилась по дому, собирая всё, что могло выдать присутствие Дмитрия. Блокнот, который он забыл на столе, — в печку. Бинты, которыми она перевязывала ему плечо, — в мусор, вынести и сжечь. Лекарства, которые брала из амбулатории, — спрятать глубже в шкаф.
Телефон в кармане завибрировал. Дина схватила его дрожащими пальцами.
— Дмитрий, — выдохнула она. — Они здесь. Люди Серова. Ходят по деревне, спрашивают про вас.
— Господи…
Обсуждение закрыто.