Официальные структуры решили остановить автора тонко и по-иезуитски, отправив в Париж представителя Национального культурного фонда. Элегантный господин бархатным голосом предложил писательнице всестороннее сотрудничество и помощь с доступом к закрытым правительственным архивам. Он обещал организовать интервью с ветеранами разведки, чтобы превратить книгу в монументальное историческое исследование.
Это предложение было настоящим дьявольским искушением, но Анна прекрасно понимала скрытую суть этой бюрократической ловушки. Ведомство просто хотело взять проект под тотальный контроль, превратив безжалостную правду в причёсанную официальную версию событий. Журналистка категорически отказалась от сомнительной помощи, оказавшись под перекрестным огнем сразу двух могущественных группировок.
Женщина максимально ускорила работу над рукописью, замечая пугающие странности в своей квартире и щелчки при телефонных разговорах. Однажды она обнаружила запертую дверь приоткрытой, а на рабочем столе лежал букет из четырёх увядших алых роз. Послание было предельно ясным: неизвестные помнят судьбу четверых преступников и внимательно следят за каждым её шагом.
Испуганная писательница немедленно сменила квартиру, отказалась от телефона и продолжила работать на изолированном от сети старом ноутбуке. Готовые страницы она ежедневно относила в банковскую ячейку, существуя в состоянии перманентного липкого страха за свою жизнь. Именно в этот критический момент отчаявшейся журналистке снова пришел на тайную помощь гениальный Художник.
Ветеран понял, что его грандиозный финальный проект находится под угрозой срыва, и решил устранить помехи в своём фирменном стиле. Однажды лондонский беглец получил фотографию своей дочери-студентки в компании подозрительных молодых людей возле ночного клуба. Предупреждающая надпись на обороте снимка прозрачно намекала на то, что некоторые страшные истории имеют свойство циклично повторяться.
Побледневший богач мгновенно понял значение этой чёрной метки из прошлого и в панике отозвал своих боевиков из Парижа. Элегантный посланник из столичного фонда тоже получил недвусмысленный макет гроба с советом не мешать Художнику заканчивать картину. Любое вмешательство в дела писательницы моментально прекратилось, и дорога к долгожданной публикации была окончательно расчищена.
Старик защищал её не ради светлых правозащитных идеалов, а исключительно ради публикации полной и неискажённой истории возмездия. Этот рассказ должен был стать необходимым предупреждением для всех негодяев, наивно считающих себя полноправными хозяевами жизни. Когда готовая рукопись была официально передана в издательство, начался неумолимый обратный отсчёт до дня литературной премьеры…
