Или речь идет о таланте терроризировать тех, кто не вышел ростом?»
Дизель пренебрежительно сплюнул на пол и поиграл бицепсами. «Речь о стальном характере и готовности идти до конца. О том, чтобы не давать заднюю, когда пахнет жареным». «Не давать заднюю», — с восхищением повторила Бондаренко. «Прекрасное качество. Горячо одобряю».
Она обвела взглядом всю пятерку, и на долю секунды в ее зрачках вспыхнуло нечто настолько первобытное и опасное, что инстинкты парней должны были взвыть сиреной. «Чисто гипотетически», — вкрадчиво продолжила она. «Если бы кто-то бросил вам реальный вызов и усомнился в вашей крутости… Вы бы ведь не стали прятать головы в песок?»
Курсанты нервно переглянулись, не понимая, к чему клонит эта сумасшедшая. Они нутром чуяли подвох, но интеллектуальный уровень не позволял им разгадать многоходовочку. Змей сощурился, сканируя лицо Виктории с возросшим подозрением. «К чему вы клоните?» — прямо спросил неформальный лидер. Улыбка девушки стала чуть шире и окончательно потеряла признаки теплоты.
«О, боже упаси, я ни к чему не клоню», — проворковала она ядовитым голосом. «Мне просто интересно, как бы вы отреагировали, если бы кто-то вдвое меньше вас назвал вас кучкой жалких, закомплексованных трусов. Обычных шакалов, которые самоутверждаются на слабых из-за панического страха получить отпор от равного противника». Тишина, рухнувшая на столовую после этих слов, имела физическую плотность.
Несколько долгих секунд мозг хулиганов переваривал нанесенное оскорбление. В огромном зале было слышно лишь натужное гудение старых холодильников с кухни. Лицо Танка приобрело багровый оттенок, когда до него наконец дошел смысл сказанного. «Ты че сейчас вякнула, тварь?!» — взревел он на весь зал.
Виктория склонила голову набок, демонстрируя искреннее недоумение его истерикой. «Я лишь предложила теоретическую модель развития событий. Сугубо в рамках научной дискуссии». Садистская ухмылка Паука испарилась, сменившись маской концентрированной ненависти.
«Ты только что вырыла себе могилу, дура». «Да неужели?» — захлопала глазами Виктория. «И кто же меня в нее положит?» Дизель сделал еще один шаг, практически упираясь животом в хрупкую девушку, пытаясь задавить ее авторитетом и габаритами.
Разница в весе составляла почти полцентнера в его пользу, и он свято верил в свою неуязвимость. «Ты публично смешала нас с грязью. Назвала трусами на глазах у всей роты». «Строго говоря», — мягко парировала Бондаренко. «Это была гипотеза. Но ваша истеричная реакция лишь подтверждает мою правоту».
Скала сжал кулаки так, что побелели костяшки. «Ты вообще не отстреливаешь, с кем рамсишь; мы тебя размажем по стенке за пару секунд». «Размажете», — задумчиво повторила Виктория. «Это звучит как открытая угроза применения физического насилия. Вы планируете напасть на меня?»…
